Educational Technology & Society 10(2) 2007

ISSN 1436-4522

Исследование понятийного мышления в общении, опосредствованном компьютером

Л.Н. Бабанин1,  А.И. Нафтульев2

1факультет психологии

Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова, Москва, Россия

leob@mail.ru

2факультет психологии

Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург, Россия

nai@an11728.spb.edu

 

аннотация

Анализируется психологические представления о понятии как структурном компоненте понятийного мышления. Обосновывается, что словесное значение является не статическим образованием, а динамическим: лексическое значение есть процесс его построения. Предлагается под понятием понимать структурный компонент значения экспериментального исследования. Разработан сценарий работы с понятием на основе метода определения понятия. Этот сценарий включает в себя производство первичных определений (суждений о понятии), производство оригинальных определений, анализ данных определений и производство уточняющих определений.

Достоинством методики является возможность ее реализации как человеком-экспериментатором, так и компьютером. В проведенном исследовании, апробирующем методику, анализировалась специфика понятийного мышления в общении, опосредствованном компьютером, по сравнению с непосредственным общением с экспериментатором. Слова, используемые в психологическом эксперименте, подобраны с помощью Словаря ассоциативных норм русского языка и Словаря русского языка. В эксперименте приняло участие около 120 испытуемых. При анализе учитывалось число определений, количество признаков определяемого слова, изменение состава признаков, вариации предметной отнесенности слова.

В результате исследования получено, что при опосредствовании компьютером понятийное мышление направлено на отработку определений одного содержания, оно относительно одноплановое, в то время как в диалоге с экспериментатором оно связано с анализом различных содержаний, т.е. более многоплановое. Установлен новый феномен понятийного мышления – вариативность понятийного компонента словесного значения в зависимости от условий деятельности.

ABSTRACT

In the paper psychological views are presented on concepts being structural component of concept thinking. It is shown that lexical meaning is dynamic, not static. Concept is defined as a structural component of meaning. A specific script is worked out using the methodology of concept’s definition. This script includes the movement from initial definitions to unique (original) definitions and further to specifying definitions.

The methodology can be realized by both human experimenter and computer. In the probing investigation carried out by authors the specifics of concept thinking analysis has been done in situations when the activity is mediated by computer and by human experimenter. The concept words used in the investigation were selected from the Dictionary of Associations in Russian language and from the Dictionary of Russian language. About 120 subjects took part in the investigation.

The result is that in computer mediated procedure concept thinking is uni-plan, i.e. is directed towards the development of the same material, while in procedure mediated by the human experimenters it is multy-plan, i.e. directed towards the developments of multiple concepts. Variability of a concept component of lexical meanings is the new phenomenon worked out in the investigation.

Ключевые слова

понятийное мышление, значение слова, определение понятий, диалог с компьютером, компьютеризированная методика

Введение

Компьютеры все более активно применяются в психологическом эксперименте. В данной работе рассматривается специфика понятийного мышления в диалоге, опосредствованном компьютером.

Понятие – основной структурный компонент понятийного мышления. В широком смысле понятие часто отождествляется со значением слова, в узком смысле понятие рассматривается как особый тип словесных значений. В психологии и понятие, и понятийное мышление в целом часто изучают в рамках анализа словесных значений. В основу выбранной нами методики исследования понятийного мышления положен метод определения понятий, используемый в психологии еще со времен вюрцбургской школы психологии мышления (Крогиус, 1981)

В традиционном варианте метода испытуемому называется слово или показывается предмет (изображение предмета) и просят дать определение, ответить на вопрос: "Что это?" Психолога, как правило, интересует не само содержание ответа, а его вид, уровень обобщения, по характеру которых делается заключение о развитии мышления. Является ли ответ формально определением, психолог, как правило, не анализирует. Поэтому наименование метода нельзя признать вполне точным: ведь от субъекта фактически требуется не определить понятие в логическом смысле, то есть привести суждение, устанавливающее содержание понятия через его признаки и отделяющее его от других понятий, а просто указать относящиеся к понятию признаки, дать некоторое суждение о нем, по форме похожее на определение. Более точно было бы наименование "метод суждений". Однако в данной работе мы будем придерживаться уже устоявшегося наименования, имея в виду указанное замечание.

Существенным достоинством метода определения является содержательная, понятная испытуемым процедура работы. Говоря современным языком, этот метод экологичен. Он используется для передачи знаний в обыденной практике, например, при описании значений слов в толковых словарях. Он относится к классическим методам психологии и языкознания. Кроме того, область содержательных суждений в последнее время не являлась предметом интенсивных психологических исследований, основные усилия ученых были направлены на применение психосемантических методов, в которых математико-статистический аппарат существенно облегчает обработку экспериментальных данных, в то время как метод определения понятий требует в основном качественного анализа.

Метод определения имеет также отношение к актуальной прикладной задаче психологии: исследованию процесса экстериоризации и организации субъектом своих знаний. Это вызвано созданием систем искусственного интеллекта, в которых основную роль играют компьютерные системы представления знаний (Солсо, 2006).

Данная методика непосредственно затрагивает также одну из самых запутанных проблем – соотношения значения слова и понятия. Поэтому прежде, чем обратиться к анализу понятийного мышления, нам надо определиться в данной проблеме.

Значение есть важнейшая характеристика слова. В языкознании выделяются лексическое и грамматическое значения слова. Грамматическое значение характеризует слово в системе языка. Психологию традиционно интересует проблема образования и функционирования лексического значения, которое мы и будем в дальнейшем подразумевать при анализе словесного значения

Несмотря на длительную историю изучения, лексическое значение, по утверждению Н.Г. Комлева (Комлев, 1992), является недостаточно изученной категорией. Это объясняется как сложностью функционирования словесного знака, так и широтой, многоаспектностью его важнейшей стороны – значения. В языкознании имеется так много разнообразных определений значения, что, по заключению В.А. Мальчукова наметилась тенденция к отказу от его изучения (Мальчуков, 1974). Он проанализировал различные подходы к значению слова и разделил их на следующие группы: как понятие; как представление; как образ, как идеальное; с информационно-отражательной позиции; как отношение (к понятию, представлению); как отношение к другим знакам (словам). Сам автор придерживается психологической по сути позиции, заключающейся в том, что значение словесного знака – это прежде всего опыт субъекта, знание, к которому отнесен знак. Значение слова не есть нечто постоянное, существующее вне субъекта, оно всякий раз есть определенное развертывание содержания, связанного с данным словом.

Психологически понятие неоднозначно. Слово может включаться во множество отношений. "В отличие от созерцания, – пишет Л.С. Выготский, – от непосредственного знания предмета, понятие наполнено определениями предмета, оно есть результат рациональной обработки нашего опыта, оно есть опосредствованное знание предмета. Мыслить о каком-либо предмете с помощью понятия – значит включить данный предмет в сложную систему опосредствующих его связей и отношений, раскрывающихся в определениях предмета. ... Вместе с преодолением формально-логической точки зрения на понятие, вместе с разоблачением неправильности закона обратной пропорциональности между объемом и содержанием новая психология начинает нащупывать правильную позицию в изучении понятий" (Выготский, 1982-1986, т.4, с.73).

Согласно современным представлениям, значение слова многомерно, оно регулируется взаимосвязанными чувственно-образными компонентами и рациональными (различной степени сложности) определениями предмета. О наличии чувственных представлений у любого значения говорят многие авторы. "Самые абстрактные понятия представляют собой сложную иерархию понятийных определений, корни которых уходят в чувственность" (Сагатовский, 1963, c.425). "Каждое слово имеет сложное значение, составленное как из наглядно-образных, так и из отвлеченных, обобщающих компонентов" (Лурия, 1975, с.23) Реальные акты употребления слова воспроизводят движение, переход от чувственных компонентов к актуализации понятия и, добавим, даже построению его дефиниции (суждения о нем). "Таким образом, – пишет В.А. Звегинцев – в пределах одного и того же слова уживаются логически и научно отработанные понятия с 'обычными' лексическими значениями" (Звегинцев, 1957, с.34). Используя терминологию Л.С. Выготского, значение слова – это единство научного и житейского. На связанность научных и житейских понятий обращает внимание А.В. Брушлинский: "По существу, научные понятия для Выготского суть осознанные житейские (т.е. научное есть житейское плюс его осознание)" (Брушлинский, 1994, с.49).

Постоянно ли лексическое значение в процессе функционирования? Простые наблюдения показывают, что нет. Выготский говорит: "Значение слова неконстантно. Оно изменяется и при различных способах функционирования мысли. Оно представляет собой скорее динамическое, чем статическое образование" (Выготский, 1982-1986, т.2, с.304). В процессе активного применения слово, даже введенное через формальное определение (т.е. термин), вступает во все новые системы отношений, обрастает новыми содержаниями, например, через употребление, через связь с контекстом, с ситуацией, наполняется смыслами.

Значение слова динамично. В.М. Мягкова пишет: "Значение слова не совокупность статичных компонентов, а процесс соотнесения идентифицируемой словоформы с некоторой совокупностью продуктов переработки чувственного и рационального, индивидуального и социального предшествующего опыта человека" (Мягкова, 1990, с.34). Это же утверждает и А.А. Леонтьев: "Значение слова как психологический феномен есть не вещь, но процесс, не система или совокупность вещей, но динамическая иерархия процессов" (Леонтьев, 1971, с.8). Результатом этих процессов является традиционно понимаемое словесное значение.

Представление о значении не как застывшем образовании, а как процессе позволяет объяснить с единой точки зрения основные, переносные и метафорические лексические значения слова. "В действительности, – считает В.А. Звегинцев, – существуют только лексико-семантические варианты слова, не знающие никаких разграничений на основные и неосновные, прямые и переносные и совершенно равноправные в этом отношении" (Звегинцев, 1957, с.222). Они являются результатом единого процесса, отличающегося своеобразным ходом развертывания.

Итак, значение слова есть процесс, умственное действие, которое регулируется многими компонентами, также входящими в словесное значение. Конкретное лексическое значение каждый раз строится, также как каждый раз строится движение (Бернштейн, 1997). Судить об этом процессе можно по его результату путем реконструкции реального применения слова.

Что же тогда понятие? Может быть, этот термин, пришедший в психологию из логики и философии, излишен? Нам кажется, что за понятием следует оставить особый аспект значения – его структуру, т.е. значение слова, рассматриваемое с точки зрения структуры его отношений с другими содержаниями, и есть, по нашему мнению, понятие. Понятие как структура может быть разной степени устойчивости – от "синкрета" до "истинного понятия" – и разной степени осознанности.

Понятие есть рефлексия значения, в нем реализуется познавательное отношение к содержанию, т.е. понятие – это научная часть значения, которая после его производства может присоединиться к значению, стать его составляющей.

Функционирование механизма установления и актуализации отношений является одним из важнейших в понятийном мышлении. Включение объекта в определенную систему отношений означает не просто установление каких-либо отношений (например, в форме выделения чувственно данных признаков, свойств), а установление отношений между отношениями, т.е. вторичных отношений (связок), превращающих неупорядоченное множество отношений (в форме синкрета, комплекса) в систему. Примером таких вторичных отношений является подразделение признаков на существенные и несущественные или причинно-следственные и противительные отношения (союзы "потому что" и "хотя"), использованные Л.С. Выготским и Ж.И. Шиф в исследовании научных и житейских понятий (Выготский, 1982-1986, т.2). Именно установление таких вторичных отношений является по Выготскому признаком научности понятия (словесного значения).

По мнению Выготского, понятия нужны, во-первых, для осуществления действий. Понятие возникает для и в результате решения задачи: "Образование понятия возникает всякий раз в процессе решения какой-нибудь задачи ..., только в результате решения этой задачи возникает понятие" (Выготский, 1982-1986, т.2, с.182). Понятие направляет, организует мышление. Например, это может иметь место в наглядной ситуации: "Когда это понятие еще не оторвалось от конкретной, наглядной ситуации, оно руководит мышлением подростка наиболее легко и безошибочно" (там же, с.177). В данной функции понятие аналогично алгоритму, точнее, предписанию алгоритмического типа (Ланда, 1966).

Во-вторых, понятие необходимо для производства суждений. Выготский соглашается с идеей К.Бюлера о том, что суждение является одним из генетических корней понятия (Выготский, 1982-1986, т.2, с.179), суждение есть естественное логическое место понятия. "Понятие всегда существует только внутри общей структуры суждения как его неотъемлимая часть" (там же, с.181). Суждение, высказывание – один из способов существования понятия, "понятие есть для психологии совокупность актов суждения, апперцепции, толкования, познавания. ... Мы должны, согласно нашей гипотезе, искать психологический эквивалент понятия не в общих представлениях, не в абсолютных восприятиях и ортоскопических схемах, даже не в замещающих общее представление конкретных словесных образах – мы должны искать его в системе суждений, в которых раскрывается понятие." (Выготский, 1982-1986, т.4, с.75).

А.А. Потебня также видит психологическую сущность понятия в суждениях: "Понятие, рассматриваемое психологически, т.е. не с одной только стороны своего содержания, как в логике, но и со стороны своего проявления в действительности, одним словом – как деятельность, есть известное количество суждений, следовательно не один акт мысли, а целый ряд их." (Потебня, 1926, c.125)

На суждениях в психологии основаны многие методы исследования понятий: определения, сравнения, классификации. Особым вариантом метода суждений является метод шкалирования в психосемантике (Петренко, 2005) где с помощью таблицы составляются наборы искусственных суждений, из которых испытуемый выбирает наиболее подходящие.

Методика

Понятие раскрывается в мыслях о понятии. Определение – это специфическая мысль о понятии. Особенностью определения является то, что оно раскрывает, развертывает понятие, делает его, таким образом, более доступным для научного анализа. Рассматривая различные определения, данные конкретным субъектом, можно, во-первых, раскрыть специфику данного понятия в его сознании, во-вторых, определить характеристики его понятийного мышления.

Мышление о понятии надо как-то организовать. Одним из способов организации является общая задача, цель, требование. Однако общее требование может привести к очень большой вариативности реализации деятельности испытуемого, что делает затруднительным сопоставительный анализ. Вариативность уменьшается, если задавать не только конечные, но и промежуточные требования. Особенностью предлагаемой методики является использование развернутого диалога с испытуемым, сценарий которого включает разнообразные действия с определяемым понятием. Диалог организует, направляет, развивает мыслительную деятельность, его продуктом являются разнообразные определения.

Отметим, что к процессу производства определений как нельзя лучше подходит известная формула С.Л. Рубинштейна "анализ через синтез": для построения определения необходимо вычленить признаки, свойства и отношения определяемого содержания, синтезировать их в определении и проанализировать соответствие данного определения реальному содержанию (Рубинштейн, 1958).

Развертывание мыслительной деятельности, применяемые внутренние мыслительные средства существенно зависят от ситуации диалога и от условий, в которых находится субъект. Варьируя экспериментальную ситуацию, содержание и предмет диалога, можно исследовать психологические механизмы понятийного мышления, вскрыть операции мышления.

Как известно, в психологии компьютер и в целом информационные технологии понимаются как средство, преобразующее мыслительную деятельность, личностные и мотивационные образования, процессы прогнозирования и принятия решений, целеобразование, общение и др. (Арестова, 1988; Арестова, Бабанин, Войскунский, 1995; Тихомиров, 1993; Тихомиров, Бабанин, 1986). Следует допустить, что опосредствованное компьютером понятийное мышление также не составляет исключение. В силу этого при апробации методики была поставлена частная задача исследования специфики функционирования понятийного мышления в опосредствованном компьютером эксперименте по сравнению с проявлениями понятийного мышления в межличностном общении.

Разработанная методика допускает участие в качестве экспериментатора как человека, так и компьютера. Основой методики является сценарий, который направляет деятельность испытуемого на продуцирование разнообразных определений предъявленного слова. Сценарий методики состоит из ряда этапов, на каждом из которых испытуемый выполняет некоторые действия как с определяемым словом, так и с определениями, выработанными им на предыдущих этапах.

В сценарии разработанной методики мы использовали действия, не зависящие от конкретного содержания понятия: логические приемы мышления и стандартные приемы активизации творческого мышления, которые являются в данном случае обобщенными эвристиками продуцирования определений. Логические приемы мышления – сравнение, классификация, определение, подведение под понятие, выбор системы необходимых и достаточных признаков для распознавания объекта, выведение следствий и др. – традиционно связывается с понятийным мышлением (Волович, 1967; Лидерс, 1983; Обухова, 1972; Перепелкин, 1972; Подгорецкая, 1980; Тойм, 1964; Холодная, 1974). Часть этих действий относится к экстериоризации знаний (выделение признаков или критерия классификации), часть – к упорядочиванию знаний, их преобразованию. Эти действия являются общенаучными приемами работы с понятиями и являются основой соответствующих методик исследования понятийного мышления.

При составлении определения необходимо указать существенные признаки, свойства означаемого словом предмета. Выделение разнообразных свойств, качеств, признаков объектов традиционно является предметом изучения психологии творчества (Бабаева, 1979; Трик, 1981). Например, методики исследования дивергентного мышления включают изучение процесса генерации возможных применений некоторого предмета, что с необходимостью включает выделение его разнообразных свойств. Традиционным приемом творческого мышления является требование выделения оригинальных свойств объекта. Хотя при составлении определения требуется выделить в первую очередь не оригинальные, латентные, несущественные свойства, а наиболее существенные свойства объекта, его отношения с другими объектами, включение его в системные связи предметного мира, тем не менее этот прием может помочь субъекту отойти от устоявшейся точки зрения.

Методика разработана в нескольких вариантах, отличающихся сложностью сценариев диалога. В описываемом варианте сценарий опроса включает в себя три основных этапа: первичное продуцирование определений, продуцирование оригинальных определений, раздельная работа с определениями с продуцированием уточняющих определений. На этапе первичного продуцирования экспериментатор или компьютер предлагает испытуемому привести несколько определений искомого понятия, просьба повторяется до первого отказа. Прием продуцирования оригинальных определений направлен на смену точки зрения на понятие, изменение системы обобщений.

Последний и основной по длительности этап посвящен раздельной работе с определениями. Для каждого уже выработанного определения испытуемому предлагают подобрать другие слова, которые подходят под это определение. Это логический прием подстановки. В случае наличия таких слов испытуемого просят дать новые определения, уточняющие анализируемой определение. Помимо основных этапов, в диалогическую процедуру включались и дополнительные этапы. На этих этапах испытуемому предлагают произвести классификацию (сортировку) определений и удалить лишние и неудачные определения. Целью этих дополнительных этапов было уменьшение числа анализируемых определений.

Выбор определяемых слов является ответственным этапом исследования. Из-за существенных психолингвистических отличий между словами потенциальные эффекты применительно к конкретным словам могут проявляться в различной степени, причем априорно не ясно, какой эффект проявится применительно к каким словам. Поэтому в предварительном исследовании желательно представить слова, охватывающие многообразие слов по выбранным параметрам.

Мы применили следующую процедуру отбора слов. Из Словаря ассоциативных норм русского языка (Словарь …, 1977), в котором собраны экспериментальные статистические данные об ассоциациях с 500 словами, были выписаны все существительные. По утверждению А.А. Леонтьева, под руководством которого составлялся данный словарь, массовый ассоциативный эксперимент позволяет дать для любого слова количественную психологическую характеристику, отражающую его субъективную значимость, в то же время вполне объективную. С помощью Словаря русского языка (Ожегов, 1968) выписанные слова были разделены на два класса: малозначных (одно – два значения) и многозначных слов (три и больше значений). Другим основанием классификации слов было деление их на классы легких и трудных для продуцирования определений слов. Для определения степени трудности ассоциирования для каждого выбранного слова из Словаря ассоциативных норм находилось первое ассоциируемое слово, которое входит в одно из словарных определений по Словарю русского языка. Его ранг в ряду всех ассоциируемых слов рассматривался как показатель сложности ассоциирования определения. Мы предполагаем, что чем меньше сложность ассоциирования, тем с большей легкостью продуцируется суждение, близкое к словарному определению.

Из указанных классов выбраны наиболее типичные слова. Всего отобрано по два легких и по два трудных малозначных слова (ГОД, КИЛОМЕТР, ГОСТЬ, ДЕРЕВНЯ) и по одному легкому и трудному многозначному слову (РАБОТА, ЖИЗНЬ). Отметим, что выбранные легкие малозначные слова "ГОД" и "КИЛОМЕТР" традиционно относятся к научным понятиям – это физические величины времени и протяженности, остальные понятия относятся преимущественно к классу житейских, эмпирических понятий. Преимущество малозначных слов для использования их в наших экспериментах в том, что при продуцировании их определений мыслительная деятельность направлена на анализ связного содержания, в то время как для многозначных слов мышление включает переходы между различными содержаниями (Работа – это место работы человека, работа – это физическая величина).

Процедура

Испытуемому сообщается, что он участвует в эксперименте по выявлению индивидуальных знаний с целью разработки компьютерных систем представления знаний. Для этого он должен дать одно или несколько определений значения предлагаемого слова. Часть испытуемых дает определения в диалоге, опосредствованном компьютером, часть – в диалоге с человеком (экспериментатором). В ситуации диалога с компьютером испытуемого предварительно знакомят с процедурой, затем он без участия экспериментатора отрабатывает задания. В ситуации человеческого общения экспериментатор монотонным голосом зачитывает реплики сценария, испытуемый записывает определения на отдельных листах бумаги и передает их экспериментатору. Во время эксперимента экспериментатор уклонялся от вопросов испытуемого, в максимальной степени придерживаяся сценария. В обоих случаях по окончании эксперимента с испытуемыми проводилась стандартизированная беседа.

Испытуемыми были лица обоего пола в возрасте от 20 до 50 лет, добровольно принявшие участие в эксперименте, студенты старших курсов или преподаватели – слушатели факультета повышения квалификации. Каждый испытуемый давал определения двум-четырем словам, случайно выбранным экспериментатором. С каждым словом было произведено приблизительно по 30 экспериментов в диалоге с компьютером и в диалоге с экспериментатором, всего в наших экспериментах приняло участие около 120 человек.

Обработка

Для анализа в распоряжении исследователя имеются сами определения и результаты действий испытуемого с понятиями в их временной динамике. Поэтому в задачу разработки методики входит и создание способов обработки и анализа полученного вербального материала. Следует уточнить, в эксперименте есть два плана анализа: анализ испытуемым определяемого слова и анализ экспериментатором деятельности испытуемого по анализу определяемого слова.

Спецификой анализа понятий является то, что средства анализа – определения – являются такими же понятиями, определяемые слова раскрываются через другие слова, значение которых также недостаточно определено. Однако эта неопределенность сглаживается многочисленностью слов в определениях. Анализ испытуемым определяемых слов фокусируется на искомом слове, которое выступает как фигура на фоне слов-средств анализа, фон является неким постоянным, однородным, вариативность его несущественна для восприятия фигуры.

Экспериментатором анализировались как сами определения по отдельности, так и в их последовательности. В качестве показателей сначала были выбраны простейшие – количество определений и количество признаков, затем для уточнения обнаруженных феноменов добавлялись более сложные параметры. Другие параметры обработки указаны ниже.

Результаты

По поверхностному параметру – количеству определений – на этапе первичного продуцирования в обоих условиях испытуемые привели примерно одинаковое число определений (см. табл.1). Хотя в среднем прием "оригинальные определения" одинаково эффективен для малозначных и для многозначных слов, но для малозначных слов (год, километр, деревня) наблюдается явное преимущество ситуации диалога с компьютером над ситуацией межличностного общения (0,6 против 0,3, разность достоверна, р=0.05), а вот в случае многозначных слов этого преимущества нет (0,7 и 0,9), причем для трудного многозначного слова "жизнь" данный этап более эффективен в ситуации межличностного общения.

Таблица 1. Количество определений, данных испытуемыми на разных этапах диалога («первичные определения», «оригинальные определения», «уточняющие определения») в ситуациях диалога с компьютером (К) и с человеком (Ч).

Этап

первичные

оригинальные

уточняющие

всего

Слово

К

Ч

К

Ч

К

Ч

К

Ч

Год

Километр

Гость

Деревня

Работа

Жизнь

3.0

2.4

2.6

2.4

3.0

3.5

2.3

3.1

2.6

2.6

2.6

3.0

0.5

0.6

0.6

0.6

0.9

0.5

0.4

0.2

0.6

0.4

0.8

1.2

1.7

1.6

1.5

1.8

2.1

1.1

0.2

0.5

0.4

0.8

1.0

0.3

5.1

4.6

4.7

4.8

5.7

5.0

3.0

3.8

3.6

3.8

4.4

4.5

Среднее

2.8

2.7

0.6

0.6

1.6

0.5

5.0

3.8

 

Эффективность уточняющей работы с определениями (прием подстановки) в диалоге с компьютером значительно выше, чем в диалоге с экспериментатором: в диалоге с компьютером испытуемые приводят в среднем 1.6 новых определений, в ситуации общения – 0.5. Рассмотрим это явление более подробно. Уточняющия работа с определениями состоит из двух фаз: нахождение нового слова, попадающее под данное определение, и продуцирование следующего определения на основании сравнительного анализа предъявленного и найденного слова. В ситуации общения испытуемые одинаково часто (58% в диалоге с компьютером и 63% в диалоге с человеком) находят объекты для подстановки, но реже приводят новые определения (34% против 56%). Таким образом, в диалоге с экспериментатором испытуемые чаще отказываются от продуцирования уточняющих определений, от продолжения мыслительной деятельности в предлагаемом направлении. В итоге в диалоге с компьютером испытуемые продуцируют больше определений (5.0 против 3.8).

По количеству признаков (табл.2) – основному формальному параметру эффективности деятельности – на этапе первичного продуцирования определений для всех слов наблюдается превосходство ситуации межличностного диалога над ситуацией диалога с компьютером: в среднем в диалоге с компьютером набор определений содержит 4.9 признака, в диалоге с экспериментатором – 5.6 признаков (разность достоверна, р=0.05). Эффективность этапов "оригинальные определения" и "уточняющая работа с определениями" менее определенна. Наблюдается большая вариативность эффективности (количества новых признаков) в зависимости от конкретных слов. Усредненно эти этапы для обоих условий примерно одинаково эффективны. В результате сохраняется достоверное преимущество ситуации межличностного диалога над ситуацией диалога с компьютером (соответственно 6.6 и 5.9 признаков).

Таблица 2. Количество новых признаков, приведенных в определениях на разных этапах диалога, в ситуациях диалога с компьютером (К) и с человеком (Ч).

Этап

первичные

оригинальные

уточняющие

всего

Слово

К

Ч

К

Ч

К

Ч

К

Ч

Год

Километр

Гость

Деревня

Работа

Жизнь

4.3

4.0

5.0

4.9

5.7

5.8

5.1

4.4

5.6

5.2

7.0

6.1

0.4

0.4

0.5

0.6

0.7

0.6

0.3

0

0.7

0.6

0.5

1.4

0.3

0.4

0.2

0.4

1.7

0.6

0.3

0.3

0.6

0.4

1.4

0

5.0

4.8

5.7

5.9

7.1

7.0

5.7

4.6

6.9

6.2

8.9

7.5

Среднее

4.9

5.6

0.5

0.6

0.4

0.5

5.9

6.6

 

Вместе с тем, количественный анализ эффективности приемов по отдельности не отражает реальной картины, так как в эксперименте наблюдался эффект «сдвига ответа». Этот эффект состоит в том, что определения, которые отвечают данному приему, продуцируются не сразу, а по прошествии некоторого времени, и включаются в ответ на другой вопрос. Например, при уточняющей работе с определением испытуемый мог привести оригинальное определение, или дать определение, уточняющее то определение, с которым работа формально была закончена.

Объяснение это явления заключается в том, что приемы мышления являются его эвристиками, которые задают, направляют и структурируют мыслительную деятельность. Приемы не действуют одномоментно, их требование распределено во времени и включается, накладывается на последующие интеллектуальные действия. Интеллектуальная деятельность в диалоге не развертывается строго по принципу формального цикла: вопрос (требование) – ответ на данный вопрос – новый вопрос. Требование, вопрос инициирует интеллектуальную деятельность в новом направлении, задавая не только непосредственные, но и отдаленные продукты. Поэтому анализ сравнительной эффективности отдельных приемов работы с понятием может служить только в качестве первичного, ориентирующего параметра.

Если рассмотреть отношение среднего количества различных признаков к среднему числу определений, то получим 1.7 для ситуации межличностного общения и 1.2 для ситуации опосредствования компьютером. Это свидетельствует о том, что в диалоге с экспериментатором определения более насыщены новыми признаками, более отличаются друг от друга, чем в ситуации компьютерного опосредствования.

На что же направлено понятийное мышление в диалоге с компьютером? Ведь испытуемые приводят больше определений. Для анализа этого вопроса мы использовали два параметра: "изменение состава признаков" и "вариация содержания", отражающие стратегии продуцирования определений.

Параметр "изменение состава признаков" определялся методом балльных оценок путем нахождения среди определений, данных одним испытуемым, определений, относящихся к одному содержанию, но отличающимися признаками, описывающими это содержание. По сути дела этот вид переформулировки. Чем больше таких определений, тем выше оценка по этому параметру. Параметр "вариация содержания" отражает изменение в содержании различных определений, имеющих общее ядро, т.е. не кардинальные, а постепенные изменения содержания. Если первый параметр характеризует развертывание мыслительной деятельности в направлении "как определять", то второй – в направлении "что определять".

Из табл. 3 следует, что в диалоге с компьютером чаще варьируется состав признаков. Другими словами, в опосредствованном компьютером эксперименте испытуемые чаще изменяют формулировки определений, чем в диалоге с экспериментатором. Это можно подтвердить словами одного из испытуемых, обращенных к экспериментатору: "Вам же и так все ясно, формулировка – это мелочь". Обращаясь к параметру "вариативность содержания", отметим, что достоверное различие по этому параметру получено только для слов ГОСТЬ и РАБОТА, при определении этих слов испытуемые в межличностном диалоге чаще варьируют содержание, чем в диалоге с компьютером. Это свидетельствует о тенденции в диалоге с компьютером меньше задумываться (варьировать) о содержании, действовать более однопланово.

Таблица 3. Стратегии изменения в определениях по параметрам "изменение состава признаков" и "вариация содержания" (в баллах) в ситуациях диалога с компьютером (К) и с человеком-экспериментатором (Ч).

Параметр

изменение состава

признаков

вариация

содержания

Слово

К

Ч

К

Ч

Год

Километр

Гость

Деревня

Работа

Жизнь

1.3

0.6

1.3

0.7

0.8

0.6

0.7

0.3

0.9

0.7

0.1

0.4

0.8

0.3

0.5

1.1

0.8

1.2

0.7

0.4

0.9

1.0

1.2

1.2

Среднее

0.9

0.5

0.8

0.9

 

Таким образом, при опосредствовании компьютером понятийное мышление направлено на отработку определений одного содержания, оно относительно одноплановое, в то время как в диалоге с экспериментатором оно связано с анализом различных содержаний, т.е. более многоплановое.

Заключение

Спецификой данной, впрочем, как и любой другой повседневной деятельности, является то, что в ней отсутствуют внешне заданные критерии достаточности, адекватности выработанных определений и завершения деятельности. Существующие нормы, эталоны задают только некоторый диапазон, внутри которого субъект имеет право выбора, самоопределения. Эти критерии существенно зависят как от ситуации диалога, так и от самого понятия. Другими словами, в само понятие входят процессы (критерии) оценки его применимости, адекватности, достаточности. Поэтому в разных условиях понятие как процесс по-разному развертывается, по-разному ориентирует, направляет понятийное мышление. Изменение в ситуации диалога приводит не просто к включению еще одного плана отношений с другим человеком (Корнилова,Тихомиров, 1990), а влияет на процесс построения понятия, т.е. на понятие как психологическое образование.

Таким образом, апробация предложенной методики привела к установлению нового феномена понятийного мышления – вариативности понятийного компонента словесного значения в зависимости от условий деятельности (диалог с компьютером или межличностный диалог), разработке новых показателей анализа мыслительной деятельности через рассмотрение структуры и содержания последовательности суждений, т.е. получению нового научного психологического знания. Дальнейшее развитие методики состоит в вариации сценария и разработки новых, более сложных способов анализа стратегий данного вида мыслительной деятельности.

Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ,  проект № 06-06-00342a

Литература

[Арестова О.Н., 1988] Арестова О.Н. Мотивация мыслительной деятельности в условиях компьютерного психологического эксперимента: Канд. дисс. – М.:1988.

[Арестова О.Н. и др., 1995] Арестова О.Н., Бабанин Л.Н., Войскунский А.Е. Специфика психологических методов в условиях использования компьютера. – М.:Изд-во Москов. ун-та,  1995.

[Бабаева Ю.Д., 1979] Бабаева Ю.Д. Целеобразование в интеллектуальной деятельности в условиях диалога с ЭВМ: Дисс. ... канд. психол. наук. – М.:1979.

[Бернштейн Н.А., 1997] Бернштейн Н.А. Биомеханика и физиология движений / Под. ред. В.П. Зинченко. – М.–Воронеж: НПО «МОДЭК»,  1997.

[Брушлинский А.В., 1994] Брушлинский А.В. Проблемы психологии субъекта. – М.: РАН, Ин-т психологии, 1994.

[Волович М.Б., 1967] Волович М.Б. Формирование общих приемов работы с понятиями: Автореферат канд. дисс. – М.:1967. – 17с.

[Выготский Л.С.,  1982-1986] Выготский Л.С. Собр. соч. в шести томах. – М.: Педагогика, 1982-1986.

[Звегинцев В.А., 1957] Звегинцев В.А. Семасиология. – М.:Изд-во Москов. ун-та, 1957.

[Комлев Н.Г., 1992] Комлев Н.Г. Слово в речи: денотативные аспекты. – М.: Изд-во Москов. ун-та, 1992.

[Корнилова Т.В. и др., 1990] Корнилова Т.В., Тихомиров О.К. Принятие интеллектуальных решений в диалоге с компьютером. – М.: Изд-во Москов. ун-та,  1990.

[Крогиус А. А., 1981] Крогиус А.А. Вюрцбургская школа экспериментального исследования мышления // Хрестоматия по общей психологии. Психология мышления. Под ред. Ю.Б. Гиппенрейтер, В.В. Петухова. – М.: Изд-во Москов. ун-та,  1981, С.250–254.

[Ланда Л.Н., 1966] Ланда Л.Н. Алгоритмизация в обучении – М.: Просвещение, 1966.

[Леонтьев А.А., 1971] Леонтьев А.А. Психологическая структура значения // Семантическая структура слова: психолингвистические исследования. – М.: Наука, 1971.

[Лидерс А.Г., 1983] Лидерс А.Г. Исследование логического мышления у взрослых // Категории, принципы и методы психологии. Психические процессы. Ч.2. Тезисы научных сообщений YI Всесоюзного съезда Общества психологов СССР. – М.:1983, С.306–308.

[Лурия А.Р., 1975] Лурия А.Р. Материалы к курсу лекций по общей психологии: речь и мышление. – М.: Изд-во Москов. ун-та, 1975.

[Мальчуков В.А., 1974] Мальчуков В.А. Методологические аспекты проблемы "слово и понятие": Дисс. ... канд. филос. наук. – М.:1974. .

[Мягкова Е.Ю., 1990] Мягкова Е.Ю. Эмоциональная нагрузка слова: опыт психолингвистического исследования. – Воронеж: Изд-во Воронежского ун-та, 1990.

[Обухова Л.Ф., 1972] Обухова Л.Ф. Формирование элементов научного мышления у ребенка: Дисс. ... канд. психол. наук. – М.:1972.

[Ожегов С.И., 1968] Ожегов С.И. Словарь русского языка. – М.: Советская энциклопедия, 1968.

[Перепелкин В.И., 1972] Перепелкин В.И. Операция сравнения при различных видах деятельности у психических больных: Автореферат канд. дисс. – М.:1972.

[Петренко В.Ф., 2005] Петренко В.Ф. Основы психосемантики. – СПб., Питер, 2005.

[Подгорецкая Н.А., 1980] Подгорецкая Н.А. Изучение приемов логического мышления у взрослых. – М.: Изд-во Москов. ун-та,  1980.

[Потебня А.А., 1926] Потебня А.А. Мысль и язык. – Одесса:1926.

[Рубинштейн С.Л., 1958] Рубинштейн С.Л. О мышлении и путях его исследования. – М.–Л.: Изд-во АН СССР, 1958.

[Сагатовский В.Н., 1963] Сагатовский В.Н. К вопросу о связи значения и интерсубъектности / Философия марксизма и позитивизма. – М.: 1963.

[Словарь …, 1977] Словарь ассоциативных норм русского языка / Ред. А.А.Леонтьев – М.: Изд-во Москов. ун-та, 1977.

[Солсо Р., 2006] Солсо Р. Когнитивная психология. – СПб.: Питер, 2006.

[Тихомиров О.К., 1993] Тихомиров О.К. Теория деятельности, измененная информационной технологией //Вестник Московского ун-та, сер. 14, Психология, 1993, № 2, С. 31–41.

[Тихомиров О.К. и др., 1986] Тихомиров О.К., Бабанин Л.Н. ЭВМ и новые проблемы психологии. – М.:Изд-во Москов. ун-та, 1986.

[Тихомиров О.К. и др., 1979] Тихомиров О.К., Войскунский А.Е. Об одном направлении исследования коммуникативных процессов // Вопросы психологии, 1979, № 1. – С.114–120.

[Тойм К., 1964] Тойм К. Психология силлогистических умозаключений: Авто-т канд. дисс. – Тарту: 1964.

[Трик Х.Е., 1981] Трик Х.Е. Основные направления экспериментального исследования творчества // Хрестоматия по общей психологии. Психология мышления. Ред. Ю.Б. Гиппенрейтер, В.В. Петухов. – М.: Изд-во Москов. ун-та,  1981. – С.298–304.

[Холодная М.А.1974] Холодная М.А. Анализ родо-видовой структуры как формы организации понятийного мышления // Вестн. Ленинградского ун-та, 1974, 23, вып.4. – С.85-90.